Высший суд Южной Африки постановил, что биткойн можно юридически рассматривать как «капитал» и «оборотный документ» (форму денег), поскольку он обладает стоимостью, используется в спекулятивных целях и принимается к оплате продавцами.
Key Takeaways
-
Основные выводы:
-
- 1 июня судья Уилсон постановил, что 1 680 биткойнов Сквера Мангундхлы были законно изъяты как капитал.
- Это решение противоречит заявлению Южноафриканского резервного банка (SARB) и Южноафриканской комиссии по финансовому регулированию и надзору (FSCA) от мая 2026 года, в котором отрицается статус криптовалюты как законного платежного средства.
- Ожидается напряженность в будущем, поскольку южноафриканские регуляторы пытаются сориентироваться в этой новой правовой базе для цифровых активов.
Повод: изъятие 1 680 биткойнов
Высший суд Южной Африки постановил, что биткоин можно рассматривать как капитал, поскольку он соответствует определению финансового актива, способного сохранять стоимость или служить средством обмена. В своем решении, вынесенном 1 июня, судья Стюарт Дэвид Джеймс Уилсон аргументировал, что тот факт, что биткоин приобретается за местную валюту, хранится в спекулятивных целях и принимается некоторыми продавцами в качестве платежа, означает, что его следует рассматривать как капитал.
Это решение, вынесенное всего через несколько дней после того, как Южноафриканский резервный банк выпустил заявление, в котором утверждалось, что криптовалюта не является средством обмена, связано с делом, возбужденным трейдером криптовалюты, у которого в 2022 году центральный банк конфисковал 1 680 биткойнов. Криптовалюта была конфискована после того, как Южноафриканский резервный банк (SARB) установил, что трейдер Сквер Мангундхла нарушил положения Правил валютного контроля. Правила запрещают вывоз капитала без одобрения Министерства финансов и платежи нерезидентам без разрешения.
В своем заявлении, оспаривающем конфискацию, Мангундхла утверждал, что биткойн не является капиталом, деньгами или ценной бумагой в соответствии с определениями Закона о валюте и обменных операциях 1933 года и Правил валютного контроля 1961 года. Ссылаясь на другое решение Высокого суда, в котором криптовалюта была признана не капиталом, Мангундхла также опроверг заключение SARB о том, что он экспортировал капитал, когда переводил средства с местной биржи Luno на зарубежные биржи. Он также утверждал, что центральный банк не соблюдал закон, конфискуя его криптовалюту, поскольку правила допускают конфискацию только «товаров или денег», а биткойн не подпадает ни под одну из этих категорий.
Отклоняя основные аргументы заявителя, Уилсон предупредил, что исключение криптовалюты из валютного контроля даст частным лицам возможность обойти ограничения путем конвертации рандов в биткоины и перевода средств за границу. Судья, по-видимому, также подверг критике решение 2025 года, вынесенное судьей Мандленкоси Мота, за то, что в нем был сделан чрезмерный акцент на технологической природе криптовалюты, а не на цели законодательства о валютном контроле.
Что касается законности конфискации, судья постановил, что биткойн квалифицируется как оборотный инструмент в соответствии с нормативными актами, что делает его формой денег. Это делает конфискацию законной, добавил Уилсон.
Это последнее постановление Высокого суда, по-видимому, подрывает совместное заявление, опубликованное SARB и Управлением по надзору за финансовым сектором в конце мая. Регулирующие органы подтвердили свою давнюю точку зрения, что криптовалюты «не являются ни деньгами в понимании Закона о национальной платежной системе, ни средствами и, следовательно, не являются законным платежным средством». Это совместное заявление соответствовало выводу Моты о том, что криптовалюты не соответствуют критериям, необходимым для того, чтобы считаться деньгами.
Источник: cryptonews.net