Детская боль приносила ему удовольствие и была осознанной философией власти над слабыми.
В Подмосковье судят мужчину в инвалидной коляске и мать, позволившую сожителю-садисту изуверскими методами воспитывать ее детей.
Представьте себе человека в инвалидной коляске, который с холодной расчетливостью берет бейсбольную биту и наносит удар за ударом по голове 11-летнего мальчика с кляпом во рту, с синяками на тощем теле. Человек с битой — не монстр из фильма ужасов, а житель подмосковного поселка Дрожжино, убежденный в том, что закалять характер детей нужно через боль и унижение.
НАСЛАЖДЕНИЕ ОТ ДЕТСКИХ СТРАДАНИЙ
Следственные материалы рисуют картину, от которой стынет кровь. 31-летний Василий Васин, передвигающийся на коляске из-за врожденного недуга, выбрал нестандартный подход к педагогике. Он не только беспощадно бил пасынка, но и заставлял старшую падчерицу — 13-летнюю девочку — участвовать в экзекуциях: снимать процесс на телефон и наносить удары брату по команде отчима. Мать троих детей 32-летняя Елена Ромащенко тоже безропотно выполняла распоряжения сожителя: брила дочерей налысо, морила голодом и безучастно листала ленту соцсетей в соседней комнате, пока Васин разбивал в кровь голову ее сына.
Дети рассказали следователям, что взрослые заполняли ванну водой и топили их в ней, не давая вынырнуть, сажали в чемодан, заставляя сворачиваться калачиком, закрывали крышку и заливали в щели горячую воду. Зимой они приказывали раздеться догола, опустить ноги в таз со снегом, принесенным с улицы, и стоять так часами. Все это происходило в обычной квартире многоэтажки.
7 июля прошлого года Васин выложил в свой телеграм-канал видеоролик, в котором раздетый до трусов, истощенный мальчик с кляпом, с гематомами ползет на коленях к мучителю, получает удар битой по голове, падает и воет от боли. Васин нецензурно орет на ребенка и объясняет, что пытка — наказание за украденные ребенком деньги. Ролик провисел в мессенджере несколько минут, но этого хватило, чтобы неравнодушные зрители обратились в полицию. Правоохранители приехали в квартиру, задержали парочку садистов, а спрятанного в кладовке избитого пацаненка отправили в больницу.
Сначала следствие считало виновным только ранее судимого Васина, сидевшего по другую сторону экрана в шокирующем видео, но инвалид сначала говорил, что учил детей сожительницы «быть нормальными», потом начал давить на жалость и сваливать вину на сожительницу. Следователи копнули глубже и выяснили, что мать тоже регулярно избивала детей и участвовала в истязаниях, так что теперь обоих ждет тюрьма. Васину вменяют покушение на убийство малолетнего с особой жестокостью группой лиц по предварительному сговору, вовлечение несовершеннолетнего в совершение особо тяжкого преступления, истязание двух и более лиц с особой жестокостью. Ромащенко обвиняют в истязании, неисполнении обязанностей по воспитанию, оставлении в опасности. Васину, зарабатывающему сомнительными финансовыми схемами, может грозить 20 лет колонии. Женщина отделается более скромным сроком, но тоже немаленьким.
РАВНОДУШИЕ КАК СОУЧАСТИЕ
Васин не просто бил. Он методично, с холодной расчетливостью выстраивал систему унижения, заставляя детей участвовать в пытках друг друга. Он использовал боль как инструмент воспитания, как способ утверждения власти. Его инвалидность никак не оправдывает его поступки и не смягчает вину, ведь вовсе не инвалидность делает человека садистом, а жестокость не зависит от физических возможностей. Садизм — это выбор и решение причинять боль тому, кто не может дать сдачи.
Но особый ужас вызывает позиция матери. Елена не только закрывала глаза на то, что сожитель издевается над ее детьми, но и сама была не прочь приложить руку к их «воспитанию». Поэтому в слабую женщину, попавшую под влияние манипулятора, не верится, а вот в соучастницу, выбравшую сторону мучителя, очень даже. Психологи говорят, что матери-соучастницы часто оправдывают насилие «воспитанием», «дисциплиной», «закалкой характера». Они верят, что боль делает ребенка сильнее, что унижение учит смирению, что страх — это основа уважения. Ромащенко, по данным следствия, разделяла извращенные убеждения Васина, а это страшнее, чем просто страх.
История, впрочем, не ограничивается двумя извергами. Она еще и вскрывает болезнь нашего общества, процветающую под покровом молчания. Соседи слышали детские крики, но почему-то молчали, в полицию не звонили. Учителя замечали синяки, но не задавали вопросов, не писали заявления в полицию. Система равнодушия месяцами, а возможно, годами работала безупречно, пока сам Васин не спалился и не выложил то самое видео на всеобщее обозрение. Выходит, общество позволило отморозкам действовать безнаказанно, пока скандал не стал слишком громким, чтобы его игнорировать?
Следствие над обвиняемыми в истязании детей проведено в кратчайшие сроки. Доказательств собрано достаточно. Дело в суде. Дети сейчас живут с опекунами, окружены заботой, получают медицинскую и психологическую помощь. Но остается главный вопрос: сколько еще в России детей, чьи крики заглушаются, а синяки прячутся под длинными рукавами, и им никто не приходит на помощь?