Военный инженер раскрыл горькую правду о войне дронов.
О БПЛА у нас теперь знают даже дошкольники. Знают, что эти самолетики — на армейском сленге «птицы», похожие на игрушки, — атакуют российские города, сея разрушения и смерть.
Война в XXI веке становится войной дронов. И для победы нам нужна своя боевая техника эффективнее вражеской и свои специалисты. Сегодня в эту сферу приходит талантливая молодежь. Большинство росли на компьютерных играх. Теперь в их руках — мощь нашей страны.
С распадом СССР военная инженерная мысль в России была почти убита. Поэтому военный инженер в современных реалиях — штучный товар. И крайне опасный вид занятий. Украинская сторона ведет охоту на российских разработчиков вооружений. За их головы объявлены огромные суммы. Приказ — устранять физически.
Собеседник «МН» с позывным Домино это понимает. Он выглядит совсем юным, но уже закален боевым опытом.
Рассказывает, что планировал служить в полиции в отделе по борьбе с наркотиками. С шестилетнего возраста увлекался авиамоделированием, потом аэрофотосъемкой с квадрокоптера. Правда, тогда он и подумать не мог, что это может стать его профессией.
После начала СВО даже высокие армейские чины относились к беспилотной авиации скептически: разве какой-то самолетик может быть грозным оружием?
Недооценили…
Тем временем противник наращивал БПЛА-войска.
ИНЖЕНЕРЫ ПРОТИВ БАРЫГ
— На фронте я начинал как обычный оператор БПЛА, — рассказывает собеседник. — Сначала на волчанском направлении в Белгородской области. У меня около 500 боевых вылетов, более 50 пораженных целей. Это позволяет смотреть на ситуацию изнутри, то есть понять на практике, как сегодня работают БПЛА-технологии, прикинуть возможности для их совершенствования.
Домино уже перерос статус рядового оператора дронов. Собрал вокруг себя команду парней с мозгами и навыками инженеров. Занимаются разработками БПЛА в отечественном варианте, призванными стать быстрее, лучше, мощнее имеющихся.
Первое время все беспилотники были китайского производства. Их закупали чуть ли не поштучно. Затем все более крупными партиями.
При этом в Китае было запрещено поддерживать ту или иную воюющую сторону. Но политика отступает перед принципом «это только бизнес, ничего личного».
— Бывали ситуации, когда представители Украины приезжали в Китай в прямом смысле с чемоданами денег, — продолжает Домино. — И получали дроны на всю сумму. А следом приезжали представители России на то же самое производство. А там разводят руками: мол, все уже скупили, придется ждать новую партию. На какую сумму закупок вы рассчитываете?
Китайцы не ожидали, что их «игрушечные самолетики» окажутся столь востребованными.
Кстати, из китайских комплектующих можно собрать беспилотник за 12-15 тысяч рублей (в переводе на наши деньги). Но сейчас у перекупщиков в России стоимость одного дрона доходит до 350 тысяч! Как говорится, почувствуйте разницу. То есть на поставках дронов на фронт зарабатывают не только китайские производители, но и — гораздо больше — отечественные посредники. Кому война, а кому мать родна.
То есть одними фронтовыми дорогами идут добровольцы, мобилизованные, волонтеры, которые плетут маскировочные сети и возят гуманитарку в зону СВО, а другими, обходными, — те, кто наживается на военных действиях. Для них личный карман и собственный банковский счет важнее всего остального.
Читая в сводках новостей о том, что очередной украинский дрон влетел в жилой дом на российской территории и погибли люди, мы должны осознавать: в этом виновны не только наши явные враги, но и такие вот барыги. И это за их миллионы и миллиарды сегодня платят своей кровью бойцы на фронте и жители Белгорода, Брянска, курского приграничья, Крыма, Химок… Всех населенных пунктов, куда долетают адские самолетики.
КАЖДОМУ ПО «АЛЕШЕ»
Некоторые ушлые предприниматели, говорит Домино, привозят китайские разработки и пытаются здесь выдать за собственные достижения. Рвутся получать госзаказы на поставку дронов якобы отечественного производства для фронта.
— От этого очень страдает реальное инженерное дело в нашей стране, потенциально очень сильное, — подчеркивает собеседник. — России сейчас как воздух нужно полноценное государственное производство, а не сборка китайских комплектующих. К сожалению, пока правит серый рынок. Суммы заработка от перепродаж китайского товара поставлены торгашами в приоритет. Как такового производства у нас нет.
Существуют, конечно, частные разработки, говорит Домино. Благодаря им появились отечественные дроны «Вампир» и «Молот». Но они достаточно сложные в использовании. Есть «Алеша». Вот он, пожалуй, идеальный российский вариант.
— Смешное название, но дроны реально хорошие. Они изначально были сделаны с пониманием того, что это полностью боевая разработка, модульная конструкция, печатается на 3D-принтере. И что очень важно — работают, как говорится, «из коробки». То есть оператор берет этот дрон, и единственная его задача — подключить. Никаких сложностей. Если ломается, то технически несложно разобраться в причине поломки, починить, — отметил военный инженер.
Но таких «Алеш» на фронт нужно много, очень много. Для их производства требуются заводы, не один-два, а десятки по всей стране.
— На Украину, мы это видим с помощью дронов-разведчиков, беспилотники везут грузовыми поездами. Плюс их собственные производства. Возьмите любую модель сбитого БПЛА с Украины — и обнаружите шильдик (табличку) с указанием даты изготовления. Скорее всего, будет стоять даже логотип завода, который работает именно на Украине, заводская сборка. Для них потерять большой дрон ничего не значит — следующий запустят.
Не исключено, что в ближайшем будущем рой БПЛА, управляемый единым оператором, будет способен ударить в здание, оставив от него лишь груду обгорелого кирпича. Несколько тысяч дронов смогут в считаные часы стереть в пыль целый город.
— Мы это понимаем, осознаем, — говорит Домино. — Продумываем варианты противодействия, тестируем уже имеющиеся механизмы. — Выстроить системную защиту возможно только, повторюсь, путем появления массовых производств. Также важно вводить массовое обучение управлению беспилотниками в России. Совершенно точно все мотострелки в нашей армии должны обладать навыками хорошего оператора БПЛА.